Современные настроения в политике  

Современные настроения в политике

Названные особенности все больше проявляются в реальной жизни. Семидесятые годы XX века показали западному миру социально-политические последствия вспы­шек массового недовольства в этнических общностях. Затем начались внешнеполи­тические осложнения, связанные с всплеском религиозных настроений на Востоке. Не будучи собственно политическими, и те и другие подчас драматично отражались во всей социально-политической жизни. Затем прямые политические последствия стали вызывать антивоенные настроения, прежде всего в Западной Европе. Конец 1980-х — начало 1990-х гг. ознаменовались массовыми всплесками уже именно поли­тических настроений в Восточной Европе и бывшем СССР.

Данные проявления массовых настроений сопровождались значительными про­блемами для стабильных политических систем. По сути, последние десятилетия мож­но обозначить как период длительного конфликта между стабильными социальными институтами и динамичными массовыми социальными процессами. Первые пытают­ся сохранить себя, удерживая систему от слишком сильных потрясений. Вторые, на­против, стремятся именно к этому.

Так происходит в разных системах, причем существенно, что даже конфликтую­щие институционализировавшиеся силы в рамках одной социально-политической системы объединяются общим стремлением — противостоять стихийному настроен-ческому воздействию масс. Весной 1989 г. в Польше одной из характерных деталей «круглого стола», за которым собрались представители правящей тогда ПОРП и оп­позиционной «Солидарности», стало довольно истеричное заявление одного из ли­деров последней А. Михника: «Улица нами управлять не будет!». Анализ одного из выступлений Л. Валенсы той поры перед молодежной аудиторией показал, что после вхождения в «коридоры власти» ему стало трудно управлять массой. Несмотря на красивую риторику («Я был тем, на кого вы молились в течение десяти лет, но сего-


Глава 2.1. Массовые настроения в истории и современность 153

дня я сам готов встать на колени, обращаясь к вам с призывом: подождите, дайте нам еще несколько недель...»), охваченная настроением протеста масса не желала слепо подчиняться своему же вчерашнему кумиру1.

Похожая ситуация сложилась в Венгрии перед парламентскими выборами весной

1990 г.: «Голоса раздражения, неудовлетворенности положением дел громко разда­
ются "с улицы"... И хотя в эту весну в Венгрии не избежать кипения страстей, ни одна
из партий не хочет, чтобы "улица" вышла из берегов»2.

Боязнь все той же «улицы» с ее массовыми настроениями проявилась в действи­ях московского руководства зимой 1990 г., направленных на ослабление масштабов и влияния планировавшегося, в частности, 25 февраля массового митинга в поддержку демократических кандидатов на выборах в местные и российские органы власти. В хо­де перестройки можно обнаружить много примеров такого рода. Наиболее впечат­ляющим было появление войск на улицах Москвы и оцепление ее центра 28 марта

1991 г., а затем и неудачная августовская попытка путча.

Нельзя сказать, чтобы это было характерно для каких-то определенных полити­ческих систем. Речь идет об общей тенденции. Просто в одних случаях институты власти сталкиваются с ней впервые, в других же случаях более опытные социально-политические системы обладают достаточным знанием подобных феноменов и, глав­ное, способами быстрого реагирования на них. Последние извлекли должные уроки из «Восстания масс»: «1) массы выполняют сейчас те самые общественные функции, которые раньше были предоставлены исключительно избранным меньшинствам; 2) и в то же время массы перестали быть послушными этим самым меньшинствам: они не повинуются им, не следуют за ними, не уважают их, а наоборот, отстраняют и даже вытесняют их» (Ортега-и-Гассет, 1989).

Факты последнего времени однозначно свидетельствуют: уходят в прошлое те времена, когда правящие круги могли принимать важнейшие политические решения без учета и поддержки массовых настроений, «не слишком заботясь о возможных по­следствиях, поскольку в случае необходимости эти решения можно было пересмот­реть и все начать заново без большого ущерба» (Kirk, 1953).

Уже война США во Вьетнаме и последовавший вскоре за ней уотергейтский скан­дал показали: узко корпоративное «делание политики» при игнорировании мнений и настроений масс влечет за собой весьма серьезные последствия и для отдельных по­литиков, и для политической системы общества в целом. Учитывая опыт своей стра­ны, президент США Дж. Картер, пытаясь овладеть настроениями рядовых американ­цев в период своего правления, был вынужден ввести целый ряд специальных мер. К ним относились и провозглашение «открытого правления», и учреждение особых дней, когда каждый американец мог позвонить по телефону в Белый дом, и создание имиджа «президента из народа», «простого фермера» (с годовым доходом в 2,5 млн долларов), отмежевавшегося от традиционно отдаленного от масс истэблишмента, и т. п. В 1992 г. сходные приемы в ходе предвыборной борьбы умело использовал Дж. Клинтон; в 2000 г. «простоватый ковбой» из Техаса Дж. Буш именно на этом пе­реиграл лощеного представителя истэблишмента А. Гора. По мнению самих амери-

1 См.: Ольшанский Д. В. Польша: массовые настроения на этапе национального примирения. М., 1989.
С. 20.

2 Правда, 1990, 23 марта.


154 Часть 2. Массовые настроения

канцев, в последние годы декларация одного из первых президентов США Т. Джеф-ферсона, гласившая, что народ является единственным цензором правительства, все больше стала наполняться реальным политическим смыслом.

Известный американский исследователь проблем общественного мнения и мас­совой психологии С. Судмен указывал, что в современном политическом процессе ни одно выборное лицо в западных странах (и в первую очередь американские президен­ты) не может не учитывать в своей деятельности настроений тех или иных групп на­селения. Более того, подчас президенты вынуждены реагировать на изменения на­строений экстренным образом. Так, Р. Рейган предпринял чрезвычайную акцию та­кого рода весной 1982 г., когда его популярность резко упала, и советники доложили, что самые низкие оценки его деятельности наблюдаются среди католиков. Президент срочно вылетел в Чикаго — город с самой развитой в стране системой образования на католической основе — и объявил там на специально организованном уличном вы­ступлении о своем намерении предоставить кредиты семьям католиков на нужды об­разования их детей1.

Это способствовало изменению массовых настроений данных слоев населения в нужную президенту сторону. На то, что ныне во всех странах национальные лидеры при выработке своей политики должны учитывать мнения и настроения масс, указы­вал и Дж. Гибсон: «Несколько десятилетий назад основные решения по мировым про­блемам принимались руководителями государств и дипломатами... Сегодня простой гражданин, крестьянин или житель сельвы хочет, чтобы к нему прислушивались» (Gibson, 1964).

Массовые настроения недовольства в свое время вынудили США уйти из Вьет­нама. Массовые настроения заставили аргентинских военных добровольно передать власть демократическому правительству. Массовые настроения все чаще заставляют институты власти идти на уступки. Однако они же заставляют эти институты интен­сивно работать в направлении поисков путей и методов воздействия на настроения людей. Это касается как более опытных, так и сравнительно молодых социально-по­литических систем. И если правящие круги западных стран больше преуспели в этом, то новые силы, появляясь на политической арене, стараются наверстать упущенное.

Эти проблемы имеют особое значение для развивающихся стран. Как известно, многообразие существующих там массовых настроений и стремящихся опереться на них социально-политических сил выливается в противоречия и борьбу различных групп, носящую подчас непримиримый характер. Эта борьба находит свое непосред­ственное выражение во внутриполитической жизни, приводя к частым сменам пра­вящих режимов, попыткам различного рода переворотов, заговорам и т. п. Все это имеет, среди прочего, и социально-психологические корни. Касаясь подчас внешне неожиданных перемен в массовых настроениях в этих странах, следует согласиться с тем, что «фундаментальной основой возросшей... нестабильности является глубокое недовольство населения — даже если оно не проявляется в активной форме — своим нередко ухудшающимся материальным положением... И это происходит тогда, когда в значительной мере уже исчезло националистическое опьянение, порожденное заво­еванной независимостью, когда во многом исчерпан запас веры в обещания сменяв-

1 См.: Sudman S. The Presidents and Pools. Opinion Quarterly. 1982. Vol. 46. № 3. P. 301-311.


Глава 2.1. Массовые настроения в истории и современность 155

ших друг друга в течение довольно длительного периода руководителей» (Брутенц, 1984).


2352154418182956.html
2352209154764299.html
    PR.RU™